Можете кидать в меня камнями. Я не люблю людей. Как не любят ненавязчивого поклонника. Он просто есть и есть, существует как данность. С той лишь разницей, что люди не поклонники. Кроме того, в большинстве своем они такие же, как и я, – они тоже не любят людей.

А некоторые не просто не любят, но и по-настоящему ненавидят всех и вся. Видимо, у них миссия такая – ненавидеть. Пока мне не приходится с ними сталкиваться лицом к лицу, мне их жаль, так как они разрушают себя изнутри, пачкают свою ауру и все такое. Но когда я встречаюсь с ними, они меня по-настоящему раздражают.

Сеансы моей водной терапии проходят в местном профилактории, куда на лето заезжают дети, для них это что-то типа лагеря. Для некоторых родителей это отличный способ спихнуть дитятко на 3 недели и вздохнуть спокойно. Для других – редкая возможность подлечить ребенка за деньги, втрое меньшие реальной стоимости процедур, так как большую часть путевки оплачивает работодатель.

За стойкой в холле профилактория в тот день сидела весьма интересная дама. Я обратила на нее внимание, когда еще только шла на процедуру. Про себя я называю таких людей псевдо-воспитанными. Они не просто воспитанные, они ВСЕ ИЗ СЕБЯ воспитанные, говорят не просто вежливо, а преувеличенно вежливо. И веет от них, от подобных людей, лицемерием. Даже зацепиться не за что – все же хорошо-вежливо. А отойдешь – и тааак тошно становится, просто «жуть», как говорит мой сын.

По окончании сеанса водных процедур я подошла к стойке и моей псевдо-воспитанной женщине, чтобы оплатить сеанс. Я стояла, ждала и смотрела. На детей. Их было человек 20, и они пришли на обед (правая дверь из холла вела в столовую). За те несколько минут, что я смотрела на эту шумную веселую толпень, я испытала инсайт, как это сейчас можно говорить. Я вдруг поняла, насколько они все разные, как они по-разному шумят, кричат, бегают и прыгают, стоят и разговаривают.

Вот стоит девочка с длинными волосами в желтой футболке, разговаривает с подружкой так манерно, будто взрослая. Мальчишка рядом скачет сам с собой, и никто ему больше не нужен. А еще один натягивает руками щеки вниз и пугает всех остальных получившимся страшилищем, а те разбегаются в стороны и смеются, смеются, смеются.

Какие же они разные и при этом живые, искренние, настоящие! Как же все-таки ценно их состояние – состояние детскости. И как скоро они потеряют его! Как же давно это было со мной: веселая здоровая непосредственность, моментальная отдача всей себя какому-то делу, способность ценить каждое мгновение и проживать его всей душой здесь и сейчас. Вот что чувствуют сейчас мои собственные дети! Как же я могла об этом забыть?

Но моим мыслям было не суждено найти свое логическое завершение. Вдруг моя женщина, до этого усердно и преувеличенно важно записывавшая что-то в свою мега-тетрадь, подскочила со стула, сжала ручонки в кулачки, вытянулась по стойке смирно, как пионер на посвящении, и прямо-таки завопила во все горло: «Хватит орать! Вы чего здесь раскричались? Я сейчас вас всех по комнатам отправлю!»

Я, вроде уже взрослая тетя, сама оторопела. На секунду, если не на долю секунды, в холле установилась гробовая тишина, после чего кто-то из детей имел смелость продолжить свой разговор. Не криком, разумеется, а спокойно. Но и этого оказалось мало!

Наш пятидесятилетний пионер резво выскочил из своего убежища и пошел в наступление, нависая громогласной горой над бесстыжим нарушителем общественного порядка: «Ты чего, не слышишь? Я тебе сейчас, прости Господи! (наступает) Сейчас все голодные останетесь, сил значит много, раз орете здесь!» Ребенок он нее откровенно шарахнулся. Я, честно говоря, тоже, хоть и стояла сильно вдалеке.

После всей этой сцены она вернулась на свое рабочее место, продолжила писанину со словами, обращенными ко мне: «Ну вообще, работать мешают, сил нет». Видимо, я должна была сказать: «Да сама в шоке! Как Вы только работаете здесь, в таких совершенно нечеловеческих условиях». А я только подумала: «Надеюсь, он все же простит тебя».

Что же такое вежливость? Это набор норм и правил поведения в обществе. Да черта с два! Это состояние души! Это внутреннее отношение к себе и ко всему нас окружающему: как к пространству, так и к людям. Это образ жизни, стиль жизни, если хотите. Вежливость в моем понимании – это уважение к другим и к себе, это невторжение, это чувство собственного достоинства. Быть может, между всеми этими весьма относительными понятиями и нельзя поставить знак равно, но одно без другого просто невозможно. Вот уже несколько дней я думаю. Думаю о том, кто я. Лицемер я отвратный или вежливость имею?


Другие статьи в этой рубрике:

FLY-история: Зеркало

Мой сын в последнее время бывает чертовски невыносим. А ведь ему только пять, а не пятнадцать. Причем кризис 3-5 лет, о котором не слышал только глухой, мы благополучно миновали.
читать далее »

FLY-история: Хоккеист

В одно мгновение я поняла, что сделаю: я остановлю по пути Костика, присяду на корточки, посмотрю ему в глаза и все скажу. Я скажу ему, что он толковый, что он очень толковый, что у него все отлично получается.
читать далее »

«Хочу ребенка» как претензия к жизни

«Хочу ребенка как можно скорее, почему у меня до сих пор нет детей, не могу больше, хочу ребенка…» Почему никто не предъявляет таких требований относительно любимых людей — вот хочу любви — прямо сейчас!
читать далее »