Возрастной психолог из Массачусетса Лиза Скотт и её коллеги в ходе проведённых исследований выяснили, что с детьми первого года жизни необходимо разговаривать постоянно, особенно полезно говорить им названия предметов – это поможет образовывать связи между тем, что они видят и слышат. Более того, это принесёт существенную пользу пять лет спустя, уже при подготовке к обучению в школе.

По словам Скотт, такое обучение в возрасте между 6 и 9 месяцами закладывает основу для дальнейшего академического успеха. Сначала младенцы узнают названия предметов и имена окружающих людей. Это обозначение помогает им узнавать людей и вещи уже индивидуально, и после решить, насколько хорошо их собственное понимание предмета или узнанного лица.

Подробная статья о проведённой работе появилась в недавнем номере журнала Developmental Science.

Эксперименты Скотт, так же, как и работы других исследователей, демонстрируют, что дети до 6 месяцев от роду легко отличают знакомый вид (например, людей) от незнакомого (обезьян). Но к 9 месяцам они уже не так хороши в дифференциации своего вида от чужого.

Этот спад в распознавании называется «сужение восприятия» и обусловлен опытом взаимодействия ребёнка с группой одних и тех же людей чаще, чем с другими.

В изначальном эксперименте три года назад Скотт давала родителям книжку с картинками, чтобы они читали её своим детям, находящимся в промежутке между 6 и 9 месяцами. В книге были фотографии очень маленьких детей и обезьян. Одна группа родителей давала персонажам на картинке имена – Борис или Фиона. В другой группе картинки обозначались просто «обезьяна» или «малыш».

Эксперты замеряли время, которые тратили дети, разглядывая картинки и их нейронные реакции до тренировки и после. Результаты и разглядывания, и реакции позволяли предположить, что научение детей именам увиденных персонажей в дальнейшем помогало им отличать обезьянку от ребёнка.

Однако, остался невыясненным один вопрос: сохраняется ли усвоенное в период между 6 и 9 месяцами в более взрослом возрасте. Для ответа было проведено ещё одно исследование. Специалисты изучали реакцию во время выполнение задания на совмещение картинок, так же, как и реакцию мозга детей, но уже 4 и 5 лет, кто ранее принимал участие в эксперименте. Результаты сравнивались с контрольной группой, которая не участвовала в экспериментах первой стадии исследования.

Скотт и её коллеги ожидали, что дети, которых учили именам персонажей, продемонстрируют поведенческие и неврологические изменения в реакции на предыдущий опыт, полученный в младенчестве. Но всё ещё не было понятно, были ли эти изменения специфическими, связанными с образами, задействованными в эксперименте, либо относились к более общей способности.

Обнаружилось, что дети, участвовавшие в первом эксперименте, отдавали и поведенческое, и неврологическое предпочтение человеческим лицам, а не образам из эксперимента. Они быстрее определяли человеческие образы и проявляли больше нейронных реакций, подобных взрослой, по сравнению с теми детьми, кто не имел опыта с книжкой из предыдущего эксперимента.

На основании этого можно предположить, что своеобразная персональная маркировка в младенчестве, обучение этому ребёнка, приводит к долгоиграющему эффекту на обучение в более взрослом возрасте. Дети от тренировочных образов уходят к категории человеческих лиц, что уже ближе к реальной жизни. Даже краткий опыт будет полезен, дети используют его позднее, построив на его базе новые навыки, которые в сочетании различных контекстов, помогут им дальше.

Источник